Нестандартные аквариумы
Аквариумы на заказ Продажа аквариумов Оформление аквариума Продажа рыбок Аквариумный Форум
аквариум главная
О нас
Схема проезда
О компании
Магазин
Оптовикам
Полезности
Книги по аквариумистике
Аквариумные статьи
Аквариумные путешествия
Аквариумы
Изготовление аквариумов
Обслуживание аквариумов
Аквариумное оборудование
Рыбки и беспозвоночные
Пресноводные рыбы
Пресноводные беспозвоночные
Аквариумные растения
Морские рыбы
Морские беспозвоночные
Кораллы
 

Книги по аквариумистике

- Все биоценозы
- ВВЕДЕНИЕ
- ВЕЛИКИЕ СТРОИТЕЛИ (часть 1.)
- ВЕЛИКИЕ СТРОИТЕЛИ (часть 2.)
- ВЕЛИКИЕ СТРОИТЕЛИ (часть 3.)
- ГЕОГРАФИЯ РИФОВ
- РИФЫ И КОРАЛЛОВЫЕ ОСТРОВА
- ЖИЗНЬ НА РИФЕ
- КОРАЛЛЫ И КОРАЛЛОБИОНТЫ
- АКУЛЫ И ДРУГОЕ
- УДИВИТЕЛЬНЫЙ СИМБИОЗ
- КАТАСТРОФА В МАДАНГЕ

 Д. В. Наумов, М. В. Пропп, С. Н. Рыбаков, "Мир кораллов", Гидрометеоиздат

3. РИФЫ И КОРАЛЛОВЫЕ ОСТРОВА

 

Выше уже говорилось, что коралловые биоценозы весьма широко представлены в тропической зоне Мирового океана. Они развиваются от литорали до глубины 50—80 м как вблизи берегов, так и в открытых водах. Естественно, что на этой колоссальной акватории показатели абиотических факторов среды (температура, соленость, рельеф дна, характер грунта, турбулентность водных масс и т. п.) представлены в самых разных сочетаниях, чем обусловливается большое разнообразие рифовых построек.

Эта особенность рифов сразу же бросается в глаза не только тем, кто специально занят их изучением, но даже и случайным наблюдателям. Действительно, можно с уверенностью сказать, что двух совершенно идентичных коралловых рифов не существует, так как каждый из них обладает какими-либо индивидуальными чертами.

Первым, кто обратил внимание на разнообразие коралловых построек, был Ч. Дарвин (1842). Посетив несколько коралловых островов во время знаменитого путешествия на «Бигле», он пришел к выводу о преемственности между береговым (окаймляющим) рифом, барьерным рифом и атоллом. Основные положения дарвиновской теории происхождения атоллов не утратили своего значения и по сей день, однако фактический материал, положенный в ее основу, не охватывает всего разнообразия коралловых построек. За последние годы, особенно благодаря работам советских морских геоморфологов, теория Ч. Дарвина получила дальнейшее развитие.

Изучая коралловые рифы, Ч. Дарвин с присущей ему гениальностью увидел самое главное в их историческом развитии, но он не имел возможности детально исследовать подробности структуры отдельных рифов, а ведь именно от них зависит разнообразие ныне существующих коралловых сообществ. Попытки как-то их классифицировать после Ч. Дарвина предпринимались неоднократно, однако до последнего времени единой стройной системы не существовало.

Если в основу классификации рифов положить видовой состав рифостроящих организмов, то выяснится, что в подавляющем большинстве случаев ведущая роль принадлежит мадрепоровым кораллам. Несмотря на пестроту и мозаичность распределения кораллов на рифе и их значительное видовое разнообразие, с несомненностью установлено, что основу биоценоза составляют не более 10—15 руководящих форм мадрепоровых кораллов и 1—2 вида гидрокораллов (Наумов, 1972). И крайне редко на рифе преобладают кораллы других систематических групп. Так, на острове Вити-Леву (архипелаг Фиджи) неподалеку от Сувы нам удалось обнаружить биоценоз, основу которого составляют кораллы-органчики (Tubipora).

Неоднократно описывались рифы, на которых преобладают водоросли, губки или мягкие кораллы. Однако, как это будет подробнее сказано ниже, в подобных случаях обычно идет речь не о сформировавшемся рифе, а об одной из стадий его развития.

На видовой состав и распределение основных форм кораллов значительное влияние оказывает уклон дна. Так, риф на крутом свале всегда значительно отличается от рифа на ровной отмели.

По отношению к урезу воды различают рифы обнажающиеся (если верхний горизонт такого биоценоза располагается в литоральной зоне) и погруженные. Обнажающиеся рифы типичны для Индо-Пацифики и отсутствуют в Атлантическом океане. Погруженные имеются в обоих зоогеографических регионах. Тем не менее, между ними усматривается довольно существенное различие. Если коралловые рифы Атлантики зарождаются и существуют только ниже уровня нуля глубин, то погруженные рифы Индийского и Тихого океанов в большинстве случаев обязаны своим происхождением опусканию морского дна. Иными словами, когда-то и они были обнажающимися. Один из таких погруженных рифов Тихого океана (банка Фантом) был детально обследован во время советской экспедиции на «Каллисто».   www.adh.ru

По отношению к береговой линии согласно терминологии, предложенной еще Ч. Дарвиным, различают окаймляющие, т. е. непосредственно примыкающие к берегу, и барьерные рифы. В последнем случае между рифом и берегом располагается более или менее широкая лагуна, лишенная коралловых биоценозов.

Совершенно очевидно, что характер рифа в очень большой степени зависит от гидрологического режима, в первую очередь от турбулентности водных масс. По отношению к этому существенному фактору можно различить несколько типов рифов — от «коралловых садов» тихих лагун, поросших нежными и ломкими кустиками кораллов, до подобных крепостным стенам прибойных рифов, обращенных своей наветренной стороной к открытому океану.

Наконец, в последние годы начали предприниматься попытки классифицировать коралловые сообщества по их продуктивности, т. е. по темпам воспроизводства органического вещества (А. Голиков и др., 1973; Б. Преображенский, 1979).

Совершенно очевидно, что при столь различных критериях единая и при этом достаточно дробная классификация коралловых рифов, полностью удовлетворяющая всем аспектам подхода к проблеме, никогда не будет создана. В то же время анализ всего разнообразия коралловых сообществ позволяет выделить самые главные их типы, чего вполне достаточно для практических целей.

Как будет ясно из дальнейшего, любой коралловый риф не однороден в разных его частях, а состоит из отдельных зон, различающихся и по структуре известняковой основы, и по видовому составу герматипных организмов. Все разнообразие рифов сводится к сочетанию этих зон и их протяженности. Этот зональный критерий и положен в основу предложенной нами классификации. Однако прежде чем перейти к ознакомлению с разными типами коралловых рифов, необходимо привести общее описание такого рифа, на котором были бы четко представлены все зоны. Подобный коралловый риф, расположенный у южного берега острова Хайнань, был нами детально изучен еще в 1958 году (Наумов, 1959; Наумов, Янь Кин-сун и Хуан Мин-сянь, 1960).

При подходе со стороны открытого моря этот риф поднимается со дна крутой, почти отвесной стеной высотой около двух десятков метров. Ниже этого уровня начинается более пологое дно, но оно нами не было обследовано, так как в то время мы еще не располагали необходимой для этих целей легководолазной техникой.

При наблюдении с поверхности видно, что горизонтальная или полого уходящая в сторону моря предрифовая зона покрыта мелко раздробленными обломками кораллов и белым коралловым песком.

Отвесная стена, или внешний склон рифа — так называемый риф-рок, густо покрыта различными видами мадрепоровых кораллов, расположенными в несколько ярусов. Даже в спокойную безветренную погоду у внешнего склона рифа бывает постоянный накат, а во время штормов об него разбиваются гигантские волны, так что поселяющиеся здесь кораллы располагаются на риф-роке несколькими горизонтальными поясами — в зависимости от способности противостоять постоянному волнению. Наиболее значительные по силе удары волн принимает на себя верхний отдел внешнего склона — так называемый гребень рифа; здесь сосредоточены корковидные стелющиеся по субстрату формы, слабо разветвленные колонии с короткими толстыми ветвями и дисковидные кораллы, напоминающие гигантские грибы-трутовики. Дисковидные кораллы насквозь пронизаны множеством крупных сквозных отверстий, через которые свободно проходит вода, когда волна набегает на риф или скатывается с него.

Под гребнем, там, где действие волн ослаблено, развивается следующий ярус. Здесь поселяются виды с более длинными ветвями, а также дисковидные и стелющиеся формы. У основания внешнего склона обычны крупные массивные шаровидные колонии.

Несмотря на экстремальные условия, которыми отличаются верхняя часть внешнего склона и гребень, именно здесь происходит нарастание рифа. Высокое насыщение воды кислородом, хорошая освещенность и постоянный приток питательных веществ способствуют бурному росту кораллов. Вместе с тем внешний склон служит основным местом, откуда на внутренние части рифа поступает обломочный материал, потому что при сильном волнении колонии в какой-то степени все-таки разрушаются. Таким образом, наиболее интенсивное накопление и органического и минерального материала, осуществляющееся в результате жизнедеятельности герматипных организмов, происходит именно на внешнем склоне и гребне. Эту часть рифа можно охарактеризовать как его биоконструкционную зону. По словам известного геоморфолога профессора О. К. Леонтьева (1970), внешний край рифа представляет собой прекрасный пример единства противоположностей — это одновременно зона разрушения и созидания.

Важнейшей и наиболее характерной морфологической особенностью внешнего склона следует считать образование на нем чередующихся вертикальных каналов и уплощенных или округлых по наружному краю вертикальных гребней, или шпор. Американские исследователи В. Мунк и М. Сарджент (W. Munk and М. Sargent, 1948) на примере коралловых рифов атолла Бикини (Маршалловы острова) показали, что густота и величина каналов и шпор зависят от параметров волн и экспозиции рифа по отношению к преобладающему волнению. Однако дело здесь не только в волнах. Возможность чисто эрозионного происхождения системы шпор и каналов приходится исключить, ибо таковая никогда не наблюдается на не рифовых берегах, сложенных известняками. Остается предположить, что подобное строение внешнего края рифа объясняется также и биогенными причинами.

Это предположение подтверждается наличием шпор и каналов только в зоне активного роста кораллов. Если отвесный внешний край рифа уходит на глубину, где развитие кораллов становится невозможным (это часто имеет место на атоллах), каналы и шпоры прослеживаются только в пределах горизонтов с живыми кораллами, ниже стена становится ровной.

В. Н. Космынин (1979), подробно изучавший геоморфологию коралловых рифов Сейшельских островов, нашел на них ряд последовательных стадий формирования рельефа внешнего склона. На первых стадиях шпоры представляют собой вытянутые сверху вниз по склону полосы густого переплетения ветвистых кораллов. Такие кораллы характеризуются быстрым ростом, и потому они успевают за относительно короткий срок образовать на риф-роке так называемый коралловый буш. Под воздействием волн нежные концевые веточки колоний обламываются, а их основания тем временем подвергаются цементации известковыми водорослями и инкрустирующими кораллами.

На этой как бы спрессованной и потому более плотной вертикальной полосе кораллового известняка, как на цоколе, снова разрастаются ветвистые кораллы — и образование шпоры переходит во вторую стадию.

Возникновение каналов, т. е. выемок между шпорами, отчасти объясняется эрозией под влиянием оттекающей с рифа воды, которая при отступлении волны устремляется именно сюда, так как не встречает препятствий в виде коралловых зарослей. Однако главная причина возникновения каналов заключается все же в росте кораллов на шпорах. На последней стадии ширина шпор по фронту достигает 3—5 м, а иногда и более, причем они начинают смыкаться своими боковыми сторонами, и тогда каналы между ними превращаются в вертикальные или наклонные туннели.

Из сказанного очевидно, что риф разрастается в сторону моря за счет образования шпор и их последующего слияния. Конечно, не исключено и эрозионное их разрушение, но оно, по-видимому, имеет место лишь при очень сильных штормах.

На упомянутом выше рифе на острове Хайнань система шпор и каналов находилась в третьей, наиболее развитой стадии.

Венчающий внешний склон рифа гребень несколько возвышается над уровнем нуля глубин, за ним в сторону берега тянется более или менее плоская известковая платформа, или риф-флет.

Непосредственно за гребнем на риф-флете почти всегда имеется понижение глубиной от 50 см до 1—2 м и шириной в несколько метров. Оно тянется извилистым каналом параллельно внешнему краю рифа. Как уже было сказано выше, гребень рифа представляет собой место наиболее активного роста кораллов, на нем же за счет известковых водорослей развивается и так называемый водорослевый вал.

Образование известковыми красными водорослями вздымающегося вала именно у мористого края риф-флета и на гребне объясняется экологическими особенностями этих растительных организмов. Они гораздо легче переносят перегрев и высыхание, чем мадрепоровые кораллы. Условия периодического обнажения и заплеска волнами для известковых багрянок, по-видимому, следует считать оптимальными: с одной стороны, интенсивный водообмен способствует получению карбоната кальция, а с другой — при отступлении волны растения получают максимум солнечного света (В. Космынин, 1979).

Эти герматипные организмы и поднимают гребень над уровнем рифовой платформы. На расстоянии нескольких метров от края внешнего склона обычно располагался второй, не столь ярко выраженный гребень. Очевидно, что прежде по этой линии и проходил край рифа, но вследствие развития нынешней генерации системы шпор он оказался в ближайшем тылу.

Поскольку оба гребня располагаются на горизонтальной плоскости, они должны рассматриваться в структуре риф-флета, однако генезис разных частей самой рифовой платформы неодинаков. Если ее мористая часть возникает в результате активного роста кораллов и водорослей, то участки, лежащие ближе к берегу, обязаны своим происхождением накоплению и частичной цементации обломочного материала, образующегося преимущественно на внешнем склоне и гребне и перенесенного оттуда волнами.

 

Схема строения прибойного кораллового рифа

Итак, на рифе следует различать две главные части — внешнюю, биоконструкционную, созданную в результате жизнедеятельности герматипных организмов, и внутреннюю — аккумулятивную, образованную накоплением материала, который поступает с внешней его части. Б. В. Преображенский отмечает (1979), что первая заселена преимущественно продуцентами, т. е. производителями органического вещества, тогда как другая служит основным местом поселения консументов — потребителей готовых органических веществ.

Аккумулятивная часть риф-флета, в свою очередь, состоит из трех поясов, или зон. Самая верхняя из них, вплотную примыкающая к берегу, лежит вблизи границы верхнего стояния воды в высокие (тропические) приливы. Она представлена древним известняком и покрыта слоем чистейшего кораллового песка. Это зона пляжа. Непосредственно к нему со стороны моря примыкает полоса риф-флета, покрытая крупными и мелкими коралловыми обломками, не связанными между собой. Дело в том, что эта высоко лежащая часть рифовой платформы ежедневно на продолжительное время осыхает и в ее пределах известковые водоросли, цементирующие обломки, уже не могут существовать. Живых кораллов здесь тоже нет. Между этой мертвой зоной риф-флета и гребнем простирается более или менее широкая живая зона, на которой укореняются отдельные массивные кораллы, а в лужах и ваннах на заиленном дне развивается особая фауна лагунных кораллов. Здесь встречаются как одиночные грибовидные кораллы, так и множество тонко разветвленных кустистых форм. Отмирая, они цементируются и также входят в структуру платформы, но последняя все же в первую очередь формируется из обломков, попадающих сюда с риф-рока.

Нетрудно заметить, что лужи и ванны на этой части риф-флета, по сути дела, представляют собой миниатюрные лагунные рифы. И гидрологический режим, и характер грунта (заиление), и состав кораллов в обоих случаях чрезвычайно сходны. Более того, когда риф-флет достигает значительной ширины, волны уже не могут забросить обломочный материал на его береговой край, и тогда между песчаным пляжем и платформой возникает береговой канал, а потом образуется более широкое водное пространство, т. е. лагуна. Вскоре в ней развивается типичная лагунная фауна кораллов, возникает особая лагунная зона.

Таким образом, лагунный риф, столь сильно отличающийся от прибойного, генетически тесно связан с ним и возникает из внутренней части последнего.

Изучив большое число коралловых рифов, мы пришли к выводу, что все разнообразие их геоморфологических типов можно свести к сочетанию в разных соотношениях основных элементов, из которых слагается характерный прибойный окаймляющий риф.

В зависимости от силы воздействия волн и от профиля дна и возникают рифы различных типов. Так, нами описан прибойный риф, расположенный у побережья Новой Гвинеи в бухте Константина, к западу от деревни Бонгу, с которой связано имя Миклухо-Маклая.

Риф этот, по сути дела, представлен лишь одним составным элементом, а именно внешним склоном с гребнем на вершине. В этом месте береговые скалы круто уходят вБереговой риф на Новой Гвинее море, и на них развиваются герматипные кораллы. Обломки этих кораллов, неизбежно возникающие в результате действия наката и во время штормов, из-за крутизны вздымающихся из моря скал не аккумулируются наверху, а скатываются по склону.

Их нагромождения видны на глубине около 20 м, где начинается пологое дно. Только на отдельных участках за гребнем рифа можно обнаружить небольшие (шириной не более 3 — 5 м) площадки — зачатки будущего риф-флета.

Риф у острова Макулава, лежащий недалеко от столицы Фиджи города Сувы, отличается очень пологим внешним склоном и сглаженной границей между ним и риф-флетом. На склоне растет мало герматипных кораллов, крупный обломочный материал не образуется, и потому на риф-флете отсутствует мертвая зона. Поселения живых кораллов, преимущественно органчиков, мягких кораллов и стилофоры, подступают вплотную к песчаному пляжу.

Особый тип составляют коралловые рифы защищенных от прибоя лагун, бухт и заливов. Как уже было сказано выше, они мало чем отличаются от поселений кораллов в литоральной живой зоне риф-флета. Хотя в лагунах и встречаются массивные формы кораллов, но преобладают здесь густо ветвящиеся колонии с хрупким скелетом.

В отличие от кораллов прибойного рифа лагунные виды способны на несколько часов во время отлива оставаться на осушке. Волнение в лагуне слабее, и в низкую воду на обнажившиеся кораллы вода не попадает.

Медленное движение воды в бухтах и лагунах способствует их заилению. Поэтому здесь чаще, чем в других местах, можно видеть свободно лежащие на грунте формы, в первую очередь различные грибовидные кораллы. Кустистые колонии, не имея твердого субстрата, запускают глубоко в ил корневидные выросты, удерживающие колонию на месте.

Во время спада и подъема воды в лагуне некоторое время гуляют слабые волны. Они ломают концы ветвистых лагунных колоний — дно лагуны буквально усеяно их обломками. В качестве защитного приспособления у ветвящихся лагунных кораллов развивается высокая способность к регенерации. Все повреждения на них быстро зарастают, обломанные веточки (если они не упали на дно, а запутались в колонии) прирастают к ней вновь в любом положении.

Одним из примеров лагунного рифа может служить риф маленького атолла Маракеи (острова Гилберта), диаметр почти полностью замкнутого кольца, которого едва достигает 2 км.

Если лагуна атолла достаточно обширна и в ней может развиваться высокая волна, лагунный риф начинает приобретать признаки прибойного. Так, обследованный нами внутренний (стало быть, лагунный) прибрежный риф на атолле Фунафути (острова Эллис) имеет хотя и пологий, но отчетливо выраженный риф-рок, поросший типичными прибойными формами кораллов. В своей верхней части склон переходит в довольно узкий риф-флет, который заканчивается у берега мертвой зоной из обломочного материала. Ширина лагуны атолла Фунафути достигает 25 км, а глубина — 50 м. Естественно, что при сильном ветре в ней поднимаются внушительные волны.

Таким образом, для характеристики рифа следует в первую очередь провести анализ его зональной структуры и измерить протяженность отдельных поясов, что весьма легко осуществить, так как границы между поясами прослеживаются очень четко.

Теперь, после предварительного ознакомления со структурой и классификацией коралловых рифов, можно вернуться к вопросу, уже затронутому в начале этой главы. Речь идет о возникновении атоллов. Общеизвестно, что Ч. Дарвин рассматривал эти низменные кольцеобразные острова в качестве завершающей фазы развития коралловых рифов. Он решительно отвергал господствовавшее до этого объяснение необычной кольцеобразной формы атоллов разрастанием кораллов на жерле потухшего вулкана. В самом деле, было бы странно допустить, что кратеры нескольких сотен подводных вулканов случайно расположились на совершенно одинаковом уровне — на уровне поверхности океана. Кроме того, размеры атоллов в большинстве случаев не соответствуют данным о размерах вулканических кратеров. Диаметр кратера редко превышает 1—2км, тогда как ширина лагуны многих атоллов измеряется десятками километров. Среди них имеются настоящие гиганты. Так, лагуна атолла Меншикова (Кваджалейн) из группы Маршалловых островов достигает 120 км в длину и 30 км в ширину. Столь широкие кратеры вулканов вообще неизвестны.

Согласно Ч. Дарвину развитие атолла начинается с берегового рифа, окаймляющего остров вулканического или иного происхождения (риф на такой начальной стадии был описан выше). В результате жизнедеятельности герматипных организмов на внешнем склоне и гребне риф начинает распространяться в сторону моря, образуя риф-флет, который постепенно становится все более широким. Если в это время начнется медленное опускание морского дна (таково непременное условие образования атоллов по Дарвину), то вместе с островом начнет погружаться и рифовая платформа, так как биологическая активность кораллов живой зоны недостаточна для того, чтобы их рост успевал компенсировать погружение. Иное соотношение сил складывается в биоконструктивной части рифа, т. е. в верхнем отделе внешнего склона и на гребне. Здесь кораллы и известковые водоросли по мере опускания дна успевают надстраивать край рифа до уровня поверхности моря. На этой стадии коралловые постройки окружают остров сплошным или прерывающимся кольцом, т. е. барьерным рифом, между которым и погружающимся островом возникает водное пространство — лагуна. Дальнейшее опускание океанского дна приводит к полному исчезновению острова под водой, и тогда на поверхности остается лишь рифовое кольцо — атолл. Заброшенный во время штормов обломочный материал накапливается на его внутренней стороне в виде сплошного или прерывающегося вала. Обычно он возвышается над уровнем моря всего на 2 — 3 м, и потому атоллы получили также название низменных островов.

Дальнейшая возможная судьба таких «нормальных» атоллов описана советскими геоморфологами О. К. Леонтьевым и В. С. Медведевым (1972).

Формирование атолла

Если наращивание поверхности рифового кольца отстает от темпов погружения коренного основания, атолл начинает тонуть. На таком погружающемся атолле большие глубины над риф-флетом благоприятствуют размыву аккумулятивных надводных построек и их постепенному уничтожению. Таков атолл Суворова в группе островов Кука. Этот атолл имеет вид подводного кольцевого барьера, на котором располагается несколько низких интенсивно размываемых песчаных кос. Дальнейшее развитие этого процесса приводит к образованию погруженного атолла, или коралловой банки. Целая группа таких подводных гор, вершинная поверхность которых образует банки с четко выраженной структурой атоллов, находится между островами Эллис и Самоа.

Морфология тонущих атоллов подтверждает гипотезу погружения дна океана, лежащую в основе теории Дарвина. Однако факты говорят о том, что океанское дно в ряде участков испытывает не погружение, а подъем. Между тем и в этих районах тоже расположены атоллы. О. К. Леонтьевым и В. С. Медведевым в дополнение к классическому «нисходящему» ряду описан также «восходящий» ряд атоллов, эволюция которых проходит под знаком подъема океанского дна.

Если дно моря под «нормальным» атоллом начнет медленно повышаться, то возникнет так называемый островной атолл. Его кольцевой барьер при этом превращается в остров с немногочисленными мелкими проходами, через которые даже в полную воду с трудом можно пройти на лодке. Таков уже упоминавшийся ранее атолл Маракеи, а также обследованный этими учеными атолл Гарднер. Оба они имеют вид почти полного кольца с мелководной лагуной. Насколько узки проходы в таких атоллах, можно судить хотя бы по тому, что через один из них на атолле Маракеи построен деревянный мостик.

При дальнейшем подъеме морского дна проходы полностью осыхают, а лагуна превращается в реликтовое озеро. Именно такова геоморфологическая структура острова Веитупу (острова Гилберта).

Завершает этот ряд поднятый атолл, типичным примером которого может служить обследованный нами остров Науру. Сплошная известняковая стена его берегов поднимается из моря почти на 80 м и кольцом (бывшим барьером) окружает пониженную внутреннюю часть. На западной стороне пониженной части лежит маленькое солоноватое озерко — все, что осталось от лагуны.

Совершенно очевидно, что по мере «выхода» острова из моря оказавшиеся выше уровня прилива живые коралловые рифы отмирают, но в пределах свойственных им горизонтов продолжают свою жизнедеятельность. Так, вокруг всего острова Науру в море развит очень богатый окаймляющий коралловый риф.

Теория Дарвина вначале получила всеобщее признание, особенно после исследований Дж. Дэна (D. Dan, 1875), подтвердившего все основные положения Дарвина на новых материалах американской экспедиции. Однако вскоре появились сомнения, некоторые видные ученые второй половины прошлого века начали опровергать предположение об опускании морского дна. В 1880 году выдвинул свою теорию происхождения атоллов Д. Мэрреи (J. Murray). Он считал, что начало атоллу дает не остров, а отмель. На ней образуется коралловая банка (таких погруженных коралловых поселений известно много и в настоящее время). Кораллы на отмели растут вверх и рано или поздно достигают поверхности. Начиная с этого момента, рост рифа идет только по периферии, тогда как в центре, из-за отсутствия притока свежей воды, риф гибнет и разрушается — получается атолл. По сути дела, Д. Мэрреи истолковывал генезис описанного выше морфологического ряда погружающихся атоллов в обратном порядке. Его мнение разделял и американский исследователь А. Агассиц (A. Agassiz), много лет посвятивший изучению коралловых рифов.

В последние годы жизни Ч. Дарвина между ним и А. Агассицем велась оживленная переписка по этому вопросу. В одном из писем Дарвин писал: «Хорошо бы, если б какому-нибудь богачу-миллионеру пришло в голову организовать бурение некоторых атоллов Тихого и Индийского океанов, чтобы можно было добыть для изучения грунтовые трубки с глубины 600 футов». Ч. Дарвин совершенно правильно рассчитал, что, если на такой глубине недра атолла будут сложены из кораллового известняка, его теория получит неопровержимое доказательство. Для разрешения этого научного спора (самих авторов обеих гипотез уже не было в живых) Лондонское королевское географическое общество в 1896 году послало на уже упоминавшийся атолл Фунафути специальную экспедицию, чтобы провести глубокое бурение.

К сожалению, удалось получить керны лишь до глубины 343 м. Они состояли из известняков и доломитов, что свидетельствовало не в пользу Д. Мэррея.

В теорию Ч. Дарвина, получившую новое подтверждение, существенное дополнение внес американский исследователь Р. Дели (R. Daly, 1915). До него никому не приходило в голову, что на судьбу тропических атоллов могут оказывать влияние далекие от них приполярные ледники. Предложенная Р. Дели теория «ледникового контроля» базируется на факте повышения уровня Мирового океана в межледниковые периоды вследствие поступления масс пресной воды с тающих ледников. Действительно, для теории Ч. Дарвина нет особой разницы, опускается ли дно моря или повышается уровень воды в океане.

Установлено, что 15 000 лет назад уровень Мирового океана был на 100 м ниже, чем сегодня, так как значительные массы воды вышли из кругооборота, осев на континентах в виде ледников. Когда началось потепление, ледники стали таять, что привело к повышению уровня Мирового океана.

Остроумная идея Дели никак не может быть сброшена со счетов, но она только уточняет теорию Дарвина, а не заменяет и не опровергает ее. Американец Питер Вейль в своей книге «Введение в океанографию» (1970), развивая идеи Дели, пришел к выводу о том, что все современные коралловые рифы возникли около 6 000 лет назад, когда таяние ледников прекратилось. Поскольку, судя по данным, которыми располагает наука сегодня, лед, накопившийся в последний ледниковый период, растаял за 9 000—10 000 лет, Вейль подсчитал, что уровень океана повышался примерно на 1 см в год. По мнению Вейля, скорость роста кораллового рифа не могла поспеть за повышением уровня Мирового океана, и потому все древние коралловые рифы утонули и теперь находятся значительно ниже глубины активного рифообразования. Во многих районах Мирового океана при помощи эхолота такие погруженные рифы действительно были обнаружены.

И все же Вейль оказался не прав. Дело в том, что бурение проводилось не только на Фунафути, но и на нескольких других атоллах. В 1951 году при подготовке ядерных взрывов на атолле Эниветок (Маршалловы острова) Географическая служба США провела два бурения. На этот раз на глубинах 1 266 и 1 389 м был достигнут базальтовый слой.

Расчеты показали, что риф, давший начало атоллу Эниветок, зародился в эоценовое время, т. е. около 60 миллионов лет назад. Очевидно, что в течение всего этого времени океанское дно опускалось, а риф нарастал на вершине известнякового цоколя. В период таяния ледников кораллы успевали надстраивать верхнюю часть рифа, так что она все время находилась вблизи поверхности океана — в противном случае атолл превратился бы в подводную гору. Бурение на пяти других коралловых островах (Ките-Дайте-Дзима, Хирон, Майкльмас, Мидуэй и Бикини) хотя и не достигло фундамента коренных пород, но подтвердило представления о большой мощности рифовых известняков. Таким образом, теория Дарвина, который при жизни мечтал о бурении на рифах, получила убедительное фактическое подтверждение, а последующие исследования лишь уточняют и конкретизируют дарвиновскую концепцию.

Список книг
Заведи себе рыбку клоуна - немо
Астронотусы
Аквариум размером с океан



Москва
e-mail: info@redseafish.ru
Copyright© 2005-2011